Токсикологическая лаборатория спецслужб СССР, Спецлаборатория 12 или «Лаборатория Майрановский» — секретная лаборатория НКВД, КГБ СССР, занималась исследованиями и разработкой химического и бактериологического оружия.

История

Секретная токсикологическая лаборатория была создана в 1921 году отдельным приказом РНК по указанию председателя Совнаркома Ульянова-Ленина и сначала носила название «Специальный кабинет». Как ни парадоксально, но первым клиентом этой зловещей «кухни» хотел быть сам Ленин. Именно он просил Сталина достать ему яд из запасов этой «лаборатории кабинета». Но Сталин драгоценной яда для вождя большевиков пожалел. В 20-30-х годах первым руководителем этой лаборатории был профессор Казаков, которого в 1938 году НКВД приняло как нежелательного свидетеля по делу Бухарина.

Научно-исследовательские работы по теме спецлаборатории проводились специалистами института биохимии под руководством Исаака М. Майрановский. Позже он станет главным специалистом убийств людей с помощью химического и бактериологического оружия. Начиная с 1937 года, лаборатория «Кабинет» и исследовательская группа Исаака Майрановский были переданы в ведомство НКВД. В 60-70-х годах она получила название «Спецлаборатория №12» Института специальных и новых технологий КГБ СССР.

Деятельность

С самого начала ее создания главными чекистами была поставлена ​​задача — создать такую ​​токсикологическую оружие, чтобы ее использование не давало никаких остаточных следов в организмах будущих жертв, а действие яда была бы мгновенной. С такой задачей главный химик Исаак Майрановский справился. В 20-30-х годах в разгаре сталинской «чистки» и борьбы с зарубежными частями «белой эмиграции» и всевозможными троцкистскими блоками НКВД впервые в истории всех спецслужб мира широко начали применять тайные убийства с помощью химического оружия. Именно для этого в декабре 1936 года новый шеф НКВД Ежов организовал «Управление особых задач», задачами которого была организация убийств.

В 30-х годах с помощью сильнодействующего яда был убит лидер «белой эмиграции» генерал Кутепов, с помощью сильнодействующего наркотического вещества был доведен до беспомощного состояния и похищен в Париже и переправлен на Лубянку в Москву генерал Миллер. В 30-х годах клиентами спецлаборатории впервые стали и свои. Так, в феврале 1938 года в собственном кабинете Ежова был убит один из высокопоставленных чекистов Фриновский. Именно ему предложили чай с пирожными, приготовленных Исааком Майрановский. Официально Фриновский умер от сердечного приступа.

В 1950-х годах КГБ использовало спецсредства из секретной лаборатории против некоторых беженцев. Так, 18 февраля 1954 была попытка отравить радиоактивным таллием (который после смерти жертвы не оставлял следов) Георгия Околович. Для его ликвидации был направлен офицер КГБ Н. Хохлов, который в последний момент отказался от исполнения приговора и впервые на Западе обнародовал секретные спецоперации Кремля. За что его КГБ осужден к смертной казни, подсыпав ему в коктейль радиоактивный таллий, но жизнь, по его словам, ему спасли врачи из ЦРУ.

В 1962 году в разгар известной Карибского кризиса в поле зрения Второго Главного (внешняя контрразведка) Управление КГБ попал «свой» полковник КГБ Олег Пеньковский, который подозревался в сотрудничестве с ЦРУ. Чтобы детально обследовать его квартиры, московские чекисты задумали выманить его на несколько дней из квартиры. Для этого токсикологи из КГБ обработали спецвеществом кресло в его рабочем кабинете. После сидения в таком кресле Пеньковский ненадолго, но достаточно тяжело заболел. Он попал в больницу с острым токсическим отравлением и отказом функций многих внутренних органов.

В октября 1957 года и в октября 1959 года по указанию Никиты Хрущева и председателя КГБ В. Шелепин были осуществлены операции с использованием химического оружия против идеолога ОУН Льва Ребета и председателя Провода ОУН Степана Бандеры. В этих убийствах убийца Сташинский применил газовый пистолет, который стрелял цианистым калием, который выходил со струей из разбитой ампулы. Измена Н. Хохлова и Богдана Сташинского заставили Политбюро и руководителей КГБ по-новому взглянуть на «мокрые дела» и связанные с ними скандалы, получили международную огласку. После широкого международного резонанса, который состоялся в 1962 году, после суда над Сташинским Москва решила временно отказаться от организованных КГБ убийств известных деятелей с помощью сверхсекретной спецлаборатории, как основной методики для внедрения внешних операций за пределами стран советского блока.

Теперь Кремль давал указания КГБ проводить мероприятия такого характера только в отдельных случаях, когда надо устранить известного политического деятеля или диссидента. Так, как это было, например, с делом убийства известного болгарского писателя Георгия Маркова в 1978 году и убийства в декабре 1979 года президента Афганистана Амина.

Убийство болгарского писателя-диссидента осуществлен в октябре 1978 года. По просьбе секретаря ЦК Компартии Болгарии Тодора Живкова Кремль поручил выдать болгарским спецслужбам из арсенала совершенно секретной спецлаборатории КГБ яд, разработанную в Москве. На помощь болгарским коммунистам был прислан генерал Голубев. По его просьбе оперативно-техническое управление попросило главную резидентуру КГБ в Вашингтоне закупить несколько зонтиков американского производства. Оперативно-техническое управление заменило наконечник на одной из них и встроили в наконечник шприц особой конструкции, где поместило микроскопическую капсулу с особо токсичным ядовитым веществом — рицином. Именно этим зонтиком «случайный» прохожий на лондонском мосту уколол в бедро диссидента Георгия Маркова, который в госпитале успел сообщить об этом происшествии. Но, когда врачи сделали срочное вмешательство, капсула успела раствориться, и рицин сделал свою смертельную дело.

В 1990 году известный опальный генерал КГБ О. Калугин в прессе подтвердил, что он, находясь в должности начальника службы внешней службы контрразведки КГБ СССР, консультировал болгарскую спецслужбу в проведении спецоперацииз ликвидации Маркова с помощью яда, полученной с спецлаборатории. Впоследствии А. Калугин в прессе сообщил, что получил орден «Красного Знамени» за еще одну тайную операцию похищения и ликвидации в 1978 году в Вене советского перебежчика, офицера ВМФ Артамонова, проведенной опять же с использованием сильно передозованих токсикологических препаратов, от которых Артамонов внезапно умер на руках российских диверсантов.

Все операции «мокрого характера» против иностранных политических лидеров обсуждались непосредственно в Кремле. Такую санкцию от московских правителей получило КГБ на убийство неугодного Москве президента Афганистана Амина. Следует сказать, что после реорганизации отдела, занимался политическими убийствами, эти функции перешли к вновь 8-го отдела Управления «С» Первого Главного Управления КГБ СССР. Для убийства Амина 8-й отдел подобрал подполковника Михаила Талебова, азербайджанца по национальности, очень похожего на афганца снаружи. В ноябре 1979 года Талебов прибыл в Кабул с ядом, полученной в 8-м отделе, и устроился на кухне президентского дворца под видом специалиста по кулинарии. Однако операция не удалась. Президентская семья вместе с Амином, будто что-то чувствуя, все время меняла свои кулинарные заказ. Амин впоследствии был убит спецвойсками КГБ под руководством полковника Бояринова во время штурма президентского дворца.

Отдельно остановимся на спецоперациях МГБ с использованием услуг токсикологической спецлаборатории в 40-50-х годах против участников украинского подполья, членов ОУН-УПА. Эти операции Москва планировала и проводила с особой дерзостью, хитростью и цинизмом вопреки всем международным военным конвенциям. Использование спецсредств МГБ против украинских подпольщиков и мирного населения в Западной Украине нет по масштабам аналогов в мировой практике. Оно лишь отчасти напоминает события против заложников в Москве на Дубровке.

Активно впервые действующие токсичные вещества в виде газов и жидкости с сильным наркотическим действием было широко применено против украинских повстанцев в 1947 году. Предварительно с 1942 по 1946 годы известный убийца Евгения Коновальца Павел Судоплатов как шеф особой группы лично наблюдал за лабораторией «Х» -спецкамеры, где проверялась действие вновь яда на приговоренных к смертной казни политзаключенных. Еще один «академик» Муромцев, заведующий бактериологической лабораторией, разработал для борьбы с украинскими повстанцами новый вид бактериологического оружия. Яд войска НКВД, по многим свидетельствам очевидцев, подсыпали даже в сельские колодцы в Западной Украине. Что касается газов, то технология их использования была достаточно проста. Опергруппа НКВД, окружив схрон, проявляла так называемые «устьица» — вентиляционные отверстия. Через них вентиляционными каналами укрытия закачивали сильнодействующий ядовитый газ, вызвавший тяжелое химическое отравление и мгновенную потерю сознания повстанцев (подобно тому, как это применило ФСБ против заложников в Москве). Что касается созданной в 1947 году сильнодействующего наркотического вещества «Нептун-47», то она использовалась для неожиданного отключения сознания Украинский подпольщиков с целью их захвата в плен живыми. Для этого спецлаборатория МГБ изготовила специальные фляги для питьевой воды особой конструкции, где методом незаметного нажатия замаскированной кнопки вместо воды подавалась жидкость «Нептун-47». Ярким примером таких спецопераций может быть событие, которое произошло в Ровенской области в мае 1951 года.

С помощью английского правительства на окраине Гурбенских лесов в Здолбуновском районе с вийськовотранспортного самолета, следовавшего с острова Мальта, было сброшено подпольную группу ОУН во главе с шефом СБ ЗЧ ОУН Мироном Матвиейко. Их встретила местная «боевка ОУН», а на самом деле спецгруппа МГБ, которая и угостила Мирона Матвиейко и его группу жидкостью «Нептун-47», после чего, конечно, М. Матвиейко с друзьями проснулись во внутренней тюрьме Ровенского областного управления МГБ.

Кремль и в то время первый секретарь ЦК Компартии Украины Хрущев отличились еще одним дерзким убийством известного архиепископа Украинской Греко-католической Церкви Ромжа. После неудачного покушения, произошедшего под видом автокатастрофы под Ужгородом, архиепископ Ромжа находился в реанимационном отделении Ужгородской больнице. МГБ из Киева, неудачно использовало автокатастрофу, срочно запросило из Москвы главного специалиста из химических убийств Исаака Майрановский, что лично прибыл в Ужгород с ампулой сильнодействующего яда кураре. Агент МГБ, медсестра местной больницы сделала архиепископу смертельный укол.

Вершиной технологий секретной спецлаборатории КГБ СССР стала разработка в 70-х годах страшной и сверхсекретной оружия, пока, очевидно, нигде не использовалась. По замыслу авторов проекта, оружие должно использоваться резидентами КГБ за границей во время предубеждения так называемой операции «Рян» («ракетно-ядерного нападения»), параноидально надуманной темой, которую постоянно лоббировал тогдашний председатель КГБ Андропов. По его замыслу, в час «Х» нелегалы ​​КГБ за рубежом по команде резидентуры, в столицах стран участников НАТО, например, в Лондоне, под видом курьеров и посыльных имели разбрасывать «по коридорам власти», в местах массового скопления людей, в лондонском метрополитене бесцветные, почти незаметные ампулы с сильнодействующим ядом, которые мгновенно убивали бы каждого, кто на них наступал …